БАЙКАЛ часть 1. Листвянка – Байкальское – Онгурен

Шёл август 1957 года. В родной Москве проходил VI Всемирный фестиваль молодежи и студентов. Это было знаменательное событие для СССР, так как в эпоху «железного занавеса» подобное мероприятие впервые проводилось в Советском Союзе.

Мы, девятнадцатилетние мальчишки, проходившие обучение на радиотелеграфистов в Школе Связи им. А. Попова в Кронштадте, знали из газет об этом событии. Среди нас было много москвичей и мы, ставшие теперь матросами и старшинами, собираясь по вечерам в кубрике, фантазировали, пытаясь представить, что в это время происходит в Москве, как выглядит родной город. В августе нас — балтийцев, вместе с выпускниками других учебных школ Кронштадта, должны были поездом перебросить на Дальний восток для дальнейшего прохождения службы на Тихоокеанском флоте. Мы, втайне наивно надеялись, что нас повезут через Москву и мы хоть краем глаза увидим родные места и что-то связанное с фестивалем и может быть увидимся с кем-нибудь из родных. Одним словом «молодо-зелено».

Все оказалось значительно прозаичнее. Нас в вагонах-телятниках, обустроенных двухэтажными нарами, человек по 30-40 в каждом вагоне, провезли через Буй Костромской области и далее через Урал и всю Сибирь до самого Владивостока. Более двадцати суток в знойный август мы с друзьями совершали это первое путешествие на поезде, длиннее и продолжительнее которого мне больше не довелось проехать.

Возвращаясь мысленно в те далекие времена, я теперь понимаю, что наверно именно тогда во мне зародилась мечта о путешествиях. Сквозь приоткрытые двери «телятника» я жадно разглядывал пейзажи, которые мелькали перед глазами. Именно тогда, очевидно, во мне начал просыпаться художник-пейзажист.

.ВЕТРЕННЫЙ ДЕНЬ.ЛИСТВЯНИЧНОЕ. БАЙКАЛ. 1974г

Пожалуй самым ярким впечатлением был Байкал, когда наш «товарняк» остановили на мосту недалеко от станции Слюдянка и мы повыскакивали из вагонов, чтобы подышать свежим воздухом и размять затекшее в дороге тело.

С тех пор прошло очень много времени и, как говорится, утекло много воды, но я терпеливо ждал новой встречи с Байкалом.

И вот в июле 1974 года я, наконец разработал план долгожданного маршрута: Москва — Байкал — Красноярск — Абакан — Урал — река Чусовая.

Туристы на носу Комсомольца

Туристы на носу Комсомольца

Добравшись поездом до Иркутска, я автобусом доехал до поселка Листвянка, который находится на Байкале в устье Ангары. Здесь был сделан первый байкальский этюд «Ветреный день. Листвяничное». Далее я планировал передвижение по Байкалу на пароходе «Комсомолец», который тогда постоянно совершал «кругосветку» по Озеру до Нижнеангарска и обратно. Первое, что меня поразило при посадке – это носовая часть судна, представлявшая собой разноцветный ковер из туристических палаток.

Моя палатка-путешественница

Моя палатка-путешественница

Это наверное был самый демократический корабль в мире, команда которого таким образом с пониманием шла навстречу многочисленным туристам. Но, так как я садился не в Иркутске, то для моей палатки на носу свободного места уже не оказалось и я рискнул поставить свою палатку сбоку, под капитанской рубкой. Мы приводим фотографии снятые тогда на «Комсомольце». Палатка моя действительно совершила «кругосветное» путешествие, а я вышел в Байкальском, чтобы сделать этюды и посмотреть на озеро с берега.

Байкальское — это старинное рыбацкое село. Я совершил небольшую прогулку вдоль небольшой реки, впадающей в озеро, затем взобрался на высокий мыс Лударь, который возвышается над селом. Отсюда открылся прекрасный вид на бухту и село Байкальское. Я сделал этюд именно с видом на залив с большой высоты. При раскопках на мысу Лударь были обнаружены места пребывания первобытного человека. Здесь я и скоротал ночь в ожидании возвращения моей палатки.

БАЙКАЛЬСКОЕ (этюд) 1974г.

На следующий день рано утром в бухте на рейде остановился наш пароход, и за пассажирами была послана моторная лодка. Так я возвратился в свою «палатку — путешественницу».
Еще на «Комсомольце» запомнилась одна холодная ветреная ночь, когда я

познакомился с геологом из Москвы, который ехал с семьей на остров Ольхон, где он работал. Вечерело. С озера дул довольно сильный и холодный ветер. Супруга моего знакомого сказала, что она слышала, что у матроса из команды «Комсомольца» можно купить свеже посоленного байкальского омуля и предложила пойти и поискать его. Мы спустились в трюм. Навстречу нам шел крупный мужчина — бурят в фирменном кителе.

Незабываемый байкальский вечер

Незабываемый байкальский вечер

Моя попутчица, моментально обратилась к нему с вопросом: где мы можем найти матроса, у которого можно купить омуля. Мужчина, который, как оказалось, был старшим помошником капитана. Он с достоинством ответил, что матросы из команды теплохода не продают рыбу. После этого мы все-таки нашли нужного человека и, спрятавшись от ветра за рубкой над машинным отделением, мы дегустировали приобретенного байкальского омуля свежего посола. Это было незабываемо.

В этот день я сделал следующую остановку в Онгурене. Было раннее утро. Палатку поставил у основания высокого утеса, который прикрывал с юга

Поселок Онгурен. Байкал(этюд) 1974г.

Поселок Онгурен. Байкал(этюд) 1974г.

достаточно пологий, постепенно поднимающийся по мере отдаления от берега распадок. Недалеко от берега в низинах виднелись небольшие озера, слегка заболоченные у берегов. Очевидно во время штормов, которые нередко бывают на Байкале, особенно когда дует с востока Баргузин, волны заливают эти низкие берега. По мере удаления от берега Байкала начинается подъем, на котором хаотически разбросаны отдельные дома, которые живописно расположены среди зеленеющих склонов.

Обустроив стоянку и позавтракав, я решил сразу сделать первый этюд. Мне понравился вид с поселком, бревенчатые дома которого постепенно зажигались в золотистых лучах восходящего солнца. Пока устанавливал этюдник, со стороны Байкала послышалось слабое тарахтение мотора, и вскоре из легкого утреннего тумана вынырнула моторная лодка и причалила метрах в пятнадцати от меня. Из лодки на берег вышел крепкий мужчина лет пятидесяти. Короткие, слегка тронутые сединой волосы. Сильными руками, покрытыми татуировкой он поднял из лодки большой мешок и закинул на плечо. Только сейчас я заметил, что к большому валуну была приставлена тачка. Подойдя к ней мужчина сбросил на нее мешок, аккуратно уложил и вернулся к лодке. Далее он снял с лодки мотор, втянул лодку по песку и гальке подальше от воды, отнес мотор к тачке. Также неторопливо уложил его рядом с мешком, постоял, неторопливо закурил и покатил тачку в сторону видневшихся вдалеке домиков. Во всем этом было что-то завораживающее, степенное и вечное, необычное для нас, привыкших к шуму и городской суете.

Онгурен. Тишина

Онгурен. Тишина

Далее я полностью ушел в работу над этюдом, так как солнце быстро поднималось и менялось освещение этого живописного байкальского уголка и хотелось остановить мгновенье, которое было, когда я начинал работать.
Этюд постепенно приобрел теплый колорит поселка освещенного утренним солнцем. Справа в десятке метров от меня что-то хрустнуло, я посмотрел туда и только теперь заметил маленькую старушку – бурятку, которая привалившись к бугорку внимательно через бронзовый монокль с ручкой наблюдала за моей работой. Ей, очевидно, давно хотелось заговорить со мной, но она как будто боялась помешать мне. Очевидно не часто появляются художники в этих местах.
Мы разговорились. Она рассказала, что всю жизнь прожила в этих местах, что тот рыбак на лодке, что причалил недалеко от меня ее муж. Он ранее был в заключении в здешних местах, а когда освободился, остался жить у нее в доме. Она была старше его, но ему некуда было ехать, да и уже успел привыкнуть к здешним местам. Вчера с вечера он поставил сети, а рано утром ездил за выловленной рыбой. Теперь спит. Моя гостья показала свой дом, расположившийся на небольшом холме. Она призналась, что ей стало любопытно узнать, что это делает незнакомый мужчина, и она поплелась посмотреть. Видя, с каким трудом она передвигается, я оценил степень ее любопытства. Прощаясь Бабушка пригласила меня в гости, обещав покормить рыбой, пойманной мужем.

К ВЕЧЕРУ. Бурятский поселок ОНГУРЕН. БАЙКАЛ 1975г,

В гости я не собрался, так как у меня была запланирована прогулка вверх через поселок, всегда хочется по возможности увидеть побольше.
Поднявшись выше поселка, я оказался на довольно ровном плоскогорье, напоминавшем скорее степь. Дорога привела меня в бурятское село, которое, в отличие от прибрежного, имело прямолинейные улицы, похожие на наши совхозные подмосковные прошлых лет. В этом селе было довольно оживленно, кругом носились ребятишки, увлеченные своими играми. Вокруг села виднелись многочисленные холмы. Довольно укатанная дорога вела из села в направлении одного из холмов. Я направился по ней. Вскоре у края дороги встретилась каменная «баба». Я понял, что дорога ведет меня к

ЭТЮД С ЛУНОЙ. БАЙКАЛЬСКИЙ БЕРЕГ В ОНГУРЕНЕ. 1974г.

холму, который является священным для местных жителей. Недалеко от вершины холма стояло большое раскидистое дерево все ветки которого были увешаны разноцветными платочками и просто лоскутами. Сюда, очевидно приходили буряты и загадывали свои желания.
Вернувшись к вечеру к своей палатке, я наблюдал как из-за каменистого утеса, расположенного над моей палаткой, появляется луна, освещая все вокруг своим фосфоресцирующим лунным светом. До позднего вечера мне удалось закончить эту небольшую работу, которая пополнила мою коллекцию лунных вечеров и ночей.
Следующей остановкой было одно из самых живописных мест Байкала — бухта Песчаная.

Запись опубликована в рубрике БАЙКАЛ, Истории картин с метками . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


*